Дорогие отцы, братья и сестры!
В этот Великий пост наш епископ просил особенным образом молиться о тех, кого Господь призвал к священническому служению.
Священник – Alter Christus, другой Христос.
Поэтому жизнь и служение священника должны актуализировать слова и дела, жизнь, смерть и воскресение Господа Иисуса Христа.
Иначе такое служение такое будет не просто бесплодным – оно будет несостоявшимся.
На первом и последнем стоянии мы услышим строки Шарля Пеги, одного из любимых авторов нашего епископа, которые звучали на Крестном пути в Ватиканских садах в нашем паломничестве год назад.
На первом стоянии – как напутствие и трезвое предостережение для тех, кто вступает на этот путь.
На последнем стоянии – как завещание для служителя Божьего Слова, ставшего Плотью; завещание, которое звучит над гробом Спасителя. О священниках, об их служении, и о тех, кого Провидение посылает им мы будем размышлять и молиться на остальных стояниях крестного пути.
1-е стояние Иисус осужден на смерть
Он был всеми любим. Все очень Его любили.
Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.
Приятели, друзья, сотоварищи, власти, сограждане, отец и мать –
Были всем этим очень довольны.
Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.
Приятели считали, что Он хороший товарищ. Друзья – что хороший друг.
Сотоварищи плотники – что хороший компаньон. Не гордый.
Равные – что Он и впрямь им ровня.
Сограждане считали, что Он хороший гражданин.
Вплоть до того дня, когда Он начал свое служение.
Вплоть до того дня, когда Он проявил себя как иной гражданин.
Как основатель, как гражданин иного Града, Града Небесного, Вечного.
Власти считали, что Он – человек добропорядочный.
Степенный молодой человек. Спокойный молодой человек.
Серьезный молодой человек.
Хорошо управляемый. И воздающий Кесарю Кесарево.
Вплоть до того дня, когда Он положил начало смуте. Внес смуту.
Величайшую смуту, какая только была на свете.
Величайший порядок, который только был на свете.
Единственный порядок, который когда-нибудь был на свете.
Вплоть до того дня, когда Он сбился с пути истинного.
И сбившись, сбил с пути истинного весь свет.
Вплоть до того дня, когда Он начал воздавать Богу Богово.
Все были против Него. Все были за Его смерть.
За то, чтоб предать Его смерти. Хотели Его смерти.
Бывает, что какие-то власти на твоей стороне, а другие – против тебя.
Тогда еще можно выкарабкаться.
Но все были против Него. Все хотели Его смерти. Как ни странно.
Даже те, кто обычно не объединяется – власти и народ.
Вплоть до того, что власти были полны злобой, словно последний извозчик.
А последний извозчик – словно власти, не меньше, чем власти.
Когда одни за тебя, а другие против, иногда еще удается выкарабкаться.
Но Ему не выкарабкаться – когда все против тебя.
Что же такого Он всем сделал?
Я скажу вам:
Он всех спас.
2-е стояние На Иисуса возлагают крест
Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни;
Иго Мое благо, и бремя Мое легко.
Священник берет на себя не просто нелегкий – непосильный по человеческим меркам груз.
Груз пастырских обязанностей; груз грехов и недостатков своих прихожан; груз непонимания и ошибок своего руководства; груз одиночества и собственных сомнений, груз кажущейся бесплодности усилий;
груз отвратительной, но необходимой административной работы;
порой – груз катастрофического недостатка общения с братьями-верующими и невыносимый груз общения с теми, кто пытается прожить без веры.
Помолимся о том, чтобы Господь даровал каждому призванному сердце, подобное Его Святейшему Сердцу, кроткому и смиренному;
чтобы сердце священника было способно вкусить благость этого ига, ощутить – вопреки всем законам мира сего – легкость этого бремени.
3-е стояние Иисус падает под тяжестью креста
Ты возложил на меня бремя всего народа сего… разве я родил его,
что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребенка?
Я один не могу нести всего народа сего, потому что он тяжел для меня…
Наступает момент, когда бремя служения не просто кажется невыносимым – оно реально становится неподъемным. И тогда «генеральные пастырские планы» и длинный список задач сводится к одному-единственному пункту:
подняться и делать один-единственный шаг, отвечая на призыв Господа здесь и сейчас, не планируя и не загадывая даже на час вперед…
Помолимся за тех, кого Господь призвал к служению священника,
чтобы они могли безоглядно отвечать на Божий призыв текущего момента,
вверяя прошлое Его милосердию, а будущее – Его Провидению.
4-е стояние Иисус встречает Свою Пречистую Матерь
Если родится у меня дитя, я отдам его на служение Богу.
О, кто дал бы мне умереть вместо тебя, сын мой, сын мой!
История человека неотделима от истории его рода, семьи, его близких. Отвечая на Божий призыв к служению, человек неизбежно вовлекает в свой ответ тех, с кем связан родственными узами – отныне им волей-неволей придется разделять с призванным последствия этого ответа.
Помолимся о родных наших священников, особенно об их матерях,
которые несут незримое и тяжкое бремя невозможности облегчить сыну тяготы служения, бремя принять последствия этого служения,
вплоть до их мученической смерти.
5-е стояние Симон Киринейский помогает Иисусу нести крест
Возьмите иго Мое на себя…
Носите бремена друг друга, и так исполните закон Христов
Священник должен стать всем для всех, чтобы спасти по крайней мере некоторых… но значит ли это, что он все должен делать в одиночку?
Стать дворником для нежелающих участвовать в уборке снега?
Стать спонсором для тех, кто не дает пожертвования на содержание храма?
Стать строителем, бухгалтером, декоратором, чтецом, певчим, нянькой… Помолимся за тех, кто помогает священникам в несении их служения;
за тех, кто иногда или постоянно разделяет с ними груз приходских забот.
6-е стояние Вероника отирает Лик Иисуса
столько был обезображен паче всякого человека лик Его,
и вид Его — паче сынов человеческих
Стоит набрать в поисковой строке слова «священник» и «скандал»…
Сколько грязи польется с каждой строки! Сколько желающих изощренно –
не заботясь ни о правде, ни о доказательствах – смаковать эту грязь, умножая веерными рассылками отвратительные карикатуры на Церковь!
Помолимся за тех, кто будет иметь мужество встать на защиту доброго имени наших священников; кто решится все под тот же гогот ядовитых комментов стереть грязь и кровь с социального лица Церкви, свидетельствуя красоту Ее служителей, служителей дела спасения.
7-е стояние Иисус снова падает под тяжестью креста
Семь раз упадет праведник, и встанет
Ибо, как Сам Он претерпел, быв искушён, то может и искушаемым помочь
Священник – такой же человек, как и все остальные, со свойственными человеку слабостями, заблуждениями и частыми падениями.
Помолимся о духовниках и исповедниках наших священников,
чтобы через Таинство покаяния и духовное наставление пастыри обретали в Божьем Милосердии решимость и силы вставать после любых падений,
и готовность делиться этими силами со своей паствой.
8-е стояние Иисус встречает оплакивающих Его женщин
Миловидность обманчива, и красота суетна;
но жена, боящаяся Господа, достойна хвалы.
Помолимся за тех, кого Господь призвал к жизни, полностью безраздельно посвященной служению Ему – соблюдая обеты безбрачия священника
и обеты супружеской верности постоянного диакона; помолимся за женщин – прихожанок, чтобы свойственные им участие и сострадание оставались сестринскими, дочерними и материнскими, и не становились надгробием над останками призвания, отвергнутого ради временного утешения.
9-е стояние Иисус падает в последний раз
он слёг; не встать ему более.
Бог дает утомленному силу, и изнемогшему дарует крепость
Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее.
Не погибающее, не близкое к гибели, не то, чему угрожает гибель…
Иисус Сам про Себя говорит, что Он пришел взыскать и спасти погибшее – то, что по человеческим меркам рухнуло, пало, утрачено окончательно.
Помолимся за наших священников, о даре пастырского милосердия,
о надежде сверх всякой надежды, дающей силы уповать на спасение тогда, когда свое или чье-то падение может показаться окончательным.
10-е стояние Воины делят одежды Иисуса
Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять.
Воины были довольны приобретением; особенно повезло тому,
кто выиграл в жребий хитон… они так и не поняли происходящего;
драма осуждения невиновного Праведника прошла мимо сознания, ограниченного практическими соображениями материальной выгоды.
Помолимся за сотрудников приходов, за приходские экономические советы, чтобы они были осознанной помощью священникам в их служении; помощью, свободной от жажды личной наживы, от желания поиметь свой доход с наследия Распятого Христа и его служителей.
11-е стояние Иисуса распинают
Прости им, Отче, ибо не ведают, что творят! восклицает Распинаемый.
Господи, не вмени им! – молится умирающий Стефан
Да не вменит им Господь! – пишет оставленный братьями Павел.
Помолимся за священников, чтобы они были ходатаями за тех,
через кого приходят к ним обиды, скорби, боль, а для кого-то – и смерть;
чтобы они были верными учениками Иисуса и творили волю Отца –
видели в обидчиках и врагах обреченных, чье спасение возможно не иначе, как по молитвенному ходатайству священника-жертвы.
12-е стояние Иисус умирает на кресте
Если Ты – Сын Божий, сойди с креста – спаси Себя и нас!
Страшнее боли в истерзанном теле эти голоса, которые не просто требуют переступить через свое призвание и предназначение, через волю Отца;
эти голоса ставят в зависимость от этого отступничества свое спасение…
«Правда ли Бог сказал, что нельзя нарушать ни одного из этих твоих обетов? я ведь перестану ходить на Мессу из-за твоего жестокосердия…
И мой уход из Церкви, из Дома Спасения, будет на твоей совести…»
Помолимся о том, чтобы при самых изощренных искушениях священники оставались верны своему призванию, верны Призвавшему;
чтобы в любых обстоятельствах они неизменно следовали правилу:
С КРЕСТА НЕ СХОДЯТ; С КРЕСТА СНИМАЮТ.
13-е стояние Тело Иисуса снимают с креста
тело его не должно ночевать на дереве, но погреби его в тот же день
(из книги Второзакония)
Все кончилось; а ученики, женщины проявляют заботу о мертвом Учителе, хотя уже ничего с этого получить не рассчитывают; эта забота – дар чистого милосердия, дар сердца милующего и не требующего ничего взамен.
Помолимся о даре безусловной любви для наших священников – о даре, открывающем врата милосердия по отношению к тем, от кого заведомо
не будет ни отдачи, ни благодарности.
Помолимся о том же даре для тех, кто оказывается рядом с отцами –
чтобы находились те, кто будет заботиться о Церкви, о священниках
даже тогда, когда нет ни малейшего шанса с этого что-то получить.
14-е стояние Погребение Иисуса
Иисус Христос, дитя моё, пришёл не для того, чтобы болтать о пустяках.
Он проделал путешествие на землю, между нами, немалое путешествие.
(А Ему было хорошо на прежнем месте. У Него не было всех наших забот).
Он проделал путешествие на землю не для того, чтобы рассказывать нам басни и всякий вздор.
У него не было времени для забавы. Он употребил, использовал, потратил тридцать три года своей земной жизни, своей плотской жизни,
тридцать лет Своей частной жизни, три года Своей жизни общественной,
три дня Своих страстей и смерти, (и в преисподней три дня),
Тридцать лет труда и три года проповеди, и три дня страстей и смерти, тридцать три года молитвы, воплощения, облечения в человека, восхождения на крест, положения во гроб, воплощения и казни,
Жизни человека, и жизни рабочего, и жизни священника, и жизни святого,
и жизни мученика; жизни верного; жизни Иисуса,
не для того, чтобы потом нам рассказывать сказки.
Нет, нет, дитя мое, и Иисус не давал нам также мертвых слов,
чтобы мы их заперли в маленьких ящичках (или больших),
и чтобы мы их хранили в прогорклом масле как мумии из Египта.
Иисус Христос, дитя мое, не давал нам консервов из слов на хранение,
Он дал нам живые слова, чтобы мы их кормили. Слова жизни, живые слова можно хранить только живыми, кормить живыми,
Кормить, носить, согревать их в живом сердце.
Как Иисус надел, вынужден был надеть на Себя тело, облечься плотью,
чтобы смочь произнести эти слова и чтобы их услышали,
Так мы, и мы тоже, в подражание Иисусу, так и мы, которые суть плоть,
должны этим воспользоваться, чтобы их хранить, чтобы их согревать, чтобы их кормить в себе живыми и плотскими,
Как мать по плоти кормит и греет на сердце своего новорожденного,
своего плотского грудничка у себя на груди, крепко обхватив его руками,
так мы, пользуясь тем, что мы плотские,
должны кормить нашей плотью и кровью, нашим сердцем,
Вечные Слова, произнесенные во времени и во плоти.
Потому что Он произнес во времени и во плоти вечные слова.
Это нам, слабым, Он поручил – это от нас, слабых и плотских, зависит –
поддерживать и кормить, и хранить живыми во времени
эти слова, произнесенные живыми во времени.
